Недавно моя подруга на новость о том, что мои дети поступили в новую гимназию, написала мне, что я отличная мать (потому что она любит меня и искренне так считает), а я ответила, что отказываюсь от оценочных суждений! Это, конечно, был шуточный ответ, но в каждой шутке есть доля шутки, а все остальное правда.
Я действительно много думаю об этом в последнее время. О том, чтобы вообще уйти от концепции оценки себя как матери — хорошая ли я, плохая. Потому что вообще-то тут некому ставить оценки и нет никакого смысла. Что с того, что я решу, что я отличная? Что мне будет с этого? Что будет с этого моим детям? Что, если они не будут согласны с тем, как я их воспитываю, а я при этом буду думать, что все делаю правильно и вообще я молодец? А что им с того, что я буду денно и нощно осуждать себя за то, что я сделала неправильно, и жить с бесконечным чувством вины перед ними?
Недавно мы с мужем обсуждали, как изменился наш подход к тому, как наши дети должны жить, должны ли они получать высшее образование и так далее. И пришли к мнению, что наши взгляды сильно изменились даже за эти четыре года в Германии. Все потому, сказал муж, что мы ведь тоже растём, как и наши дети, тоже меняемся, взрослеем, меняем свои представления обо всем, мы воспитываем себя вместе с ними, это обоюдный процесс. Так оно и должно работать, он совершенно прав. Мне совершенно не нравится установка, в которой родители уверены, что все знают лучше детей и не сомневаются в своих действиях. Нормально сомневаться. Нормально менять своё мнение. Нормально пересматривать свой подход к чему-либо. И если что-то не даёт того результата, который мы хотим получить, это не повод винить себя и считать плохим родителем, но повод пересмотреть свой подход, понять, как можно поступить по другому, и, возможно, осознать — в очередной раз — что мы можем воображать себе что угодно, КАК это должно работать, но родительство — невероятно сложная система. И ни у кого из нас нет решебника с готовыми ответами на задачи родительства. Мы можем только одно — делать максимально лучшее, на что мы способны. Потому что мы любим своих детей.
Я не хочу больше думать, насколько я хорошая или плохая мать. Я хочу спрашивать себя: что я ещё могу сделать. Для себя и для них. Как я сама могу стать счастливее и сильнее, чтобы у них был тыл в виде счастливых и сильных родителей. От каких своих установок я могу отказаться, если вижу, что они больше вредят моим детям, чем помогают. В чем я могу стать мудрее, тоньше, глубже, чтобы выполнять свою роль их матери. Я наверняка совершаю ошибки, как и любой другой родитель, потому что это жизнь, здесь никак нельзя без ошибок, их просто не избежать, сколько бы умных книг я бы ни прочла и ко скольким бы терапевтам ни сходила. Но если мои дети поступают в гимназию, в которую хотели, это не значит, что я отличная мать, это значит, что их усилий хватило это сделать. Если они не поступают — значит, им и нам нужно искать другие пути для реализации того потенциала, что у них есть, но это не делает их глупее, слабее или неудачнее. В конце концов, я единственная мать, что у них есть, и я очень ценю эту свою роль. И мои дети — не хорошие и не плохие. Это мои дети, и других мне не надо, именно с ними я хочу жить, именно их я хочу любить и заботиться о них. Это все, что мне нужно знать. Это не оценка, это просто факт, данность, это просто жизнь, которую мы вместе проживаем и стараемся проживать ее не плохо и не хорошо, а так, как нам бы хотелось ее проживать.
Я — такая мать, какой я хочу (и, главное, могу) быть. Не больше и не меньше. Вот и всё.
