​​Хэллоуин и Старый Новый Год.

Скоро Хэллоуин. И скоро срачи о нем.

В левый угол встанет молодежь с криками: «Хэллоуин – круто!». В правый – поборники скреп.

Хэллоуин является праздником даже не американским, а глобальным. За океаном, кстати, тоже некоторые протестанты-фанатики негодуют из-за девочек в остроконечных шляпках, тыковок с оскалами и выклянчивания сладостей.

У меня есть идея. Надо создать альтернативу Хэллоуину. На его роль подходит Старый Новый Год.

Только на пост-советском пространстве отмечают эту необычную выскочившую при смене календарей дату. В Восточной Европе есть нечто подобное, но только русские люди возвели его в культ.

Старый Новый год праздник народный и глубинный. Ни Сталин, ни Брежнев, ни Путин не подписывали бумажку о его создании. Ни один вшивый маркетолог в нулевых не создавал проект, чтоб сбыть товар.

Наконец, Старый Новый год впитал в себя остатки «колядок». Превращение сельских рождественских обрядов в городские детские забавы – тема для кандидатской диссертации. Увы, ее не напишут.

Я в детстве 14 января ходил с друзьями по домам, выпрашивал остатки новогодних лакомств. Мы стучались в двери закрытых квартир, топали ногами в холодных подъездах, пели песни. В воздухе витала странная атмосфера праздника, печального, но все же сглаживающего начало третьей четверти. Сейчас традиция умирает. С домофонами не поколядуешь.

Для Старого Нового Года можно и своего героя придумать – Пыльного Деда Мороза, спасающего больных похмельем, отыскивающего заначки и оттаскивающего на помойку елки.

P.S.
На картинке режиссер Тим Бертон отмечает Хэллоуин в костюме, сшитом его мамой. США, 1967 год.

#размышления #Этнография_детства