МСДР
Поэтому получилось так,что папа со своим другом начали клеить эти ремешки, и дело поначалу пошло: клеили они их за гроши, но в день выходила зарплата учёного на каждого.

Поработал так папа месяц и решил уволиться со своей основной работы, потому то глупо ходить учёным за гроши, а вечером подрабатывать в 30 раз больше. В итоге пришёл на работу, послал начальника в гузно: «Всё, я ухожу» - и свалил. Не стал больше мой папа заниматься наукой, с тех пор он крутится на ниве частного предпринимательства.

Впрочем, папина эпопея с ремешками почему-то очень быстро закончилась, и папа стал заниматься купечеством, то есть ездить в Ковир, привозить оттуда шоссы, кафтаны, жабо, туфельки, платья и продавать их на городском рынке. Вот это деньги приносило нормальные. Вся хата была заставлена седельными сумками. Такие здоровые седельные сумки стоят, все коридоры забиты, комнаты. Мы там с сестрой играли, с соседями, Жакетом и Мереридом, дрались, прятались в них, мягкая мебель по сути. По вечерам у нас с сестрой была обязанность эти деньги пересчитывать, которые папа с мамой зарабатывали, потому что они оба торговали на рынке. По вечерам пересчитывали, складывали ровной стопочкой и отдавали. Мелочь мы забирали себе, потому что зачем мелкие деньги крутому бизнесмену? Потом папа начал возить кожаные куртки. Их возить выгоднее, они не занимали всю комнату. Кожаные куртки из Ковира, из Махакама. Нормально сначала шли дела. Потом частный бизнес стал укрупняться, мелкие купцы стали себя хуже чувствовать на рынке. Крупные, соответственно, стали себя чувствовать лучше и лучше. Папу постепенно из этого бизнеса вытеснили. Папа, когда приезжал в Ковир, не старался выбрать модель поновее, помоднее, покачественнее, он там отдыхал. Он начинал отдыхать, когда садился на телегу, и заканчивал, когда выходил из кареты или слезал с телеги. В связи с этим привозил много брака, всякого говна, которое не покупали. Очень весело было, когда я чернилами закрашивал потёртости, нитками зашивали дырки, сажей чинили, клёпки на чудо-клей приклеивали, которые отваливались. Все прелести мелкого купца я познал в детстве.
С куртками не срослось, закончилось это сладкое время, когда папа привозил мне банками сливу в сахаре, кулагу, левашники каждый месяц. Решил папа поиграть на Хоссах и бессах в банке Вивальди. Купил много акций на тысячу или две новиградских крон, они выросли в 2 раза, хорошо,хватило ума эти вложенные кроны забрать, и он стал ждать, когда к нему потекут деньги. На всех объявлениях «Лугос, ты не халявщик, ты партнёр», включаешь с утра ксеновокс , сейчас просто сообщают точное время, а тогда сперва говорили курсакций банке Вивальди , а уж только потом объявляли время. Папа с утра просыпался, включал ксеновокс,узнавал, сколько денег он заработал за ночь, и спокойно продолжал отдыхать. Но очень скоро его отдых закончился...Как-то однажды мы поехали отдыхать на озеро Вызима, ловить рыбу – на несколько дней. Там, естественно, папа слушал по ксеновоксу, сколько денег он заработал. Но в один день оказалось, что он потерял несколько тысяч крон, потому что курс «акций» резко упал вниз. «Блин, надо резко ехать в Ривию!»; папа надеялся, что, может быть, акции ещё поднимутся назад - потому что как это они могут упасть? Это в его голову не укладывалось. Но на следующий день они упали ещё больше. Папа не выдержал, на следующий день мы собрали удочки, уехали в Ривию. Но все заработанныеденьги, по сути, он просрал. Пирамида рухнула, банк Вивальди прибыли не дал.