В целом, попытки сформулировать идеологические основы присутствия России на Ближнем Востоке могли бы стать весьма своевременным шагом. Эта концепция могла бы закрыть многие идеологические «бреши» в самом российском подходе к ближневосточным делам. Ведь до настоящего времени именно поддержка светских диктаторских режимов на Ближнем Востоке в их противостоянии различным формам политического Ислама по сути являлась негласным идеологическим маркером участия Москвы в политических процессах в этом регионе и фактором выбора союзников. Вдвойне положительным виделось из Кремля, если такой режим не только противодействует исламистскому влиянию, но еще и в своей основе враждебен США и коллективному Западу. Эта же программа являлась продолжением еще советского подхода и давно перестала отвечать вызовам современности.

Так, сложившийся российско-иранский альянс в Сирии противоречит подобной линии. Получается, что с одной стороны Россия поддерживает режим Асада в его борьбе со сторонниками политического ислама, а с другой стороны борьба с исламистами в Сирии ведется руками тех же самых исламистов, только шиитских. В данном случае налицо так называемые «двойные стандарты», когда одни группировки, например сирийской оппозиции, причисляются в России к «экстремистским» только из-за своего желания установить шариат, даже в ограниченном и адаптированном виде и при условии, что за это выскажутся большинство сирийцев. Одновременно иные силы, прежде всего Иран и союзные ему шиитские организации, которые не только используют шариат в наиболее жестких в исламском мире трактовках в качестве своего законодательства, но и придерживаются исламистской идеологии, оказываются союзниками России и их не считают ни экстремистами, ни радикалами.

Кроме того достаточно противоречив подход Москвы к самим суннитским исламистским организациям. Так, несмотря на то, что «братья-мусульмане» с точки зрения российского законодательства являются террористической организацией, запрещенной в РФ, эти положения не распространяются на палестинский ХАМАС , который официально считается филиалом «братьев-мусульман» в Палестине, но не запрещен в РФ. Показательным в этом отношении является и различное отношение России к признаваемым ей террористическими организациям. С одной стороны неоднократные посещения Москвы представителями террористической организации «Талибан», с которой российская сторона ведет переговоры, а с другой исключительно жесткая и бескомпромиссная линия России в отношении другой террористической организации - «Хаят Тахрир аш-Шам», исключающая любой диалог с этой группировкой. При этом следует обратить внимание, что именно руководству «Талибана» приносят присягу лидеры «Аль-Каиды», а ХТШ официально порвала с этой террористической сетью.